Абхазия - День третий

Третий день в Абхазии посвящен у нас полностью  воздушной среде – едем в сухумский  аэропорт. Сейчас на картах он обозначен  как Бабыщира, но больше известно его старое название Бабушара.

Справка ИРИТО:

Международное название: Sukhumi Airport, Babushara Airport, Sukhumi Babusheri Airport
Координаты: 42° 51' 0" North, 41° 7' 0" East
код IATA  код: SUI
код ICAO: UGSS

Построен  в середине 1960-х. Расположен в селе Бабыщира Гульрипшского  района в 18 км южнее Сухума.

В советские времена служил запасным для Тбилиси, Еревана, Баку, Минвод, Сочи, Симферополя, Краснодара и Ростова-на-Дону.  Обслуживал до 5000 человек в сутки летом и до 1000 зимой. Обладает лучшими в кавказском регионе характеристиками взлетно-посадочной полосы, длина которой 3 640 м, что вдвое длиннее, чем длина ВПП в Адлере.

Аэропорт  может принимать  любые воздушные  суда весом до 25 тонн как с с моря, так и со стороны  гор. Закрыт  для  пассажирских перевозок  в 1993 году после окончания  грузино-абхазского конфликта по требованию Грузии.

После 1993 г.  обслуживал вертолеты  ООН и военно-транспортную авиацию РФ.

Единственный  пассажирский самолет, который принял сухумский  аэропорт за 16 лет  - это борт министра иностранных дел  российской федерации  Сергея Лаврова 14 сентября 2008 года.

По плану у  нас тест-драйв на взлетной полосе (почти четыре километра безупречного бетонного покрытия, которому нипочем  дождь, град и 16 лет забвения – когда-то местный аэродром планировался, в том числе, как запасная стартовая площадка для «Буранов», об этом рассказал Станислав Джинджолия, заместитель начальника аэропорта во время краткой экскурсии) и гонки на Ховерах, потому что у нас их два и соревнующиеся будут в равных условиях.

Hover cеребристый...                                                           ...и Hover черный

Но начинаем мы не с гонок, а с полета – пока погода хорошая и воздушный коридор в горы открыт, нам советую не терять времени. У нас заказан вертолет для полета в высокогорное село Псху. По воздуху туда добираться 25 минут, а вот по земле через горы – гораздо дольше и не всегда возможно, зимой туда не доберешься даже на оленях. Хотя, наверное, никто не пробовал, т.к. северных оленей  Абхазии нет.

Вертолет Ми-8 стоит под парами. Очень много  фотографируем его, рядом с ним, возле него. «Примета не очень хорошая, перед вылетом делать снимки», - вдруг  вспоминает кто-то. Ну, во-первых, с нами Росгосстрах, а во-вторых – примета  распространяется только на экипаж. Экипаж стоит в сторонке и снисходительно наблюдает за чехардой вокруг вертолета. Но почти два часа уходит на оформление документов и согласования. Село Псху – это территория Абхазии, но почему-то для того, чтобы попасть туда, надо пройти таможню и паспортный контроль. Снова камнем преткновения становится паспорт главы российского представительства г-на Ван Пена – пустить иностранца на Псху возможно только с личного разрешения главы комитета госбезопасности Абхазии. О боже…

Отдельное спасибо журналисту Максиму Пастушенко, без чьей помощи г-н Ван Пен никогда не увидел бы этот уголок Абхазии.

Вылетаем. Шумно. Трясет. Вспоминается смешное слово  «беруши», затычки в уши для  вертолетчиков, но беруш у нас  нет.

На Псху невероятно тепло и солнечно. А нам грозили, что село уже завалено снегом.

Справка ИРИТО:

Село, в котором с 1904 г. проживают, в основном, русские, расположено  на высоте 760 м над  ур. м., в сказочно красивой долине, которая, как дно огромной чаши, со всех нависающая над селом; сторон окружена вершинами гор.  По склонам гор стекают в эту чудную долину многочисленные ручьи и речки, рожденные родниками и тающими снежниками.

Псху  является уникальным заповедником природы  и быта. Попасть  в село можно либо пешеходными и  горными тропами, либо по воздуху. Зимой население Псху практически отрезано от всего мира – мощный снежный покров в течение нескольких месяцев делает село недоступным.

Это самая северная и самая высокая точка нашего пресс-тура. Сделав небольшой круг по селу, возвращаемся к вертолету, пора назад. Местные жители – это отдельная история. Таких колоритных персонажей надо еще постараться встретить где-нибудь в глубинке России. Село живет натуральным хозяйством. В магазине только водка и сигареты – простодушно поделилась наша маленькая попутчица Мария, которую мы «подкинули» из Бабыщиры до дома.  В местной школе учится около 40 детей, учителя на вес золота и каждый совмещает по нескольку предметов.

Во время полета салон ходит ходуном – все  хотят иметь снимки с воздуха. Иллюминаторы нараспашку – господа журналисты, это слишком даже для нашего неформального приключения.

Приземляемся, пасмурно, полоса мокрая. Здесь, оказывается, был дождь.

Экипажи по машинам  – вся полоса в нашем распоряжении.

Телевизионщики  забирают Florid и Cool Bear – им надо успеть отснять тесты новинок, а в напряженном графике пресс-тура найти для этого время довольно трудно.

Местные военные  стоят в очереди, чтобы прокатиться  на невиданных здесь зверях – автомобилях  Great Wall. Народный тест-драйв  в разгаре…

Вечереет. А небо проясняется. Телевизионные журналисты в поисках «картинки».

«Господа, а не поднять ли нам в воздух боевой вертолет Ми-24?». Это снова предложение  неугомонного Макса Пастушенко.  Шеренга «крокодилов» стоит чуть дальше на полосе, выбирай любой.

«Если нельзя, но очень хочется, то можно» - это, кажется, ключевая фраза всего пресс-тура. Судя по всему, мы ошиблись с названием. Это  не «Приключение с Great Wall Motor», это «Авантюра с ИРИТО».  Нас строго предупреждают, что дубль может быть только один – вертолет взлетает, разворачивается над морем и проходит над шеренгой автомобилей Great Wall на максимально низкой высоте. Догоняет машины, идет с ними вровень, а  потом обгоняет и уходит на базу.

По рации координируем расстановку машин, операторы и фотографы бегут на исходные позиции.

Пилоты согласны взять с собой на борт еще четверых. Шанс снять тест-драйв с борта  военного вертолета не упускают Дмитрий  Макаров (Автодилер), Кирилл Бревдо (Купи Авто) и Татьяна Яковлева (За Рулем). Чтобы никто не потерялся по дороге, в воздухе их сопровождает начальник отдела общественных связей ИРИТО Марианна Кузнецова. В отличие от знаменитой сцены вертолетной атаки в знаменитом же фильме - "Апокалипсис сегодня" Копполы*, мы уложились в один дубль. Ну, и бюджеты у нас не сравнимы с голливудскими, конечно...

Гул турбин, взлет! Борта откинуты наполовину, чтобы  было удобно снимать.

Итак, мы первые в мире пролетели над шеренгой автомобилей Great Wall на боевом вертолете. Красиво.

День завершился логично, стрельбой из автоматов.

Салют, Great Wall!

*Справка ИРИТО:  «Апока́липсис сего́дня»— кинофильм о войне во Вьетнаме. Фильм снят Фрэнсисом Фордом Копполой по мотивам романа Джозефа Конрада «Сердце тьмы». Фильм был удостоен «Золотой пальмовой ветви» — главного приза Каннского кинофестиваля, и премии «Оскар» за лучшую операторскую работу и лучший звук.
Фильм стал широко известен в прессе задолго до его выпуска из-за долгого и трудного процесса его съёмок. Американское правительство и военное командование, видя, что Коппола собирается снять фильм, который не совпадёт с официальной точкой зрения на войну во Вьетнаме, отказалось каким-либо образом помогать в съёмках фильма. Коппола нашёл поддержку у правительства Филиппин, которое было тогда в натянутых отношениях с США, и филиппинские вооружённые силы согласились предоставить вертолёты вместе с пилотами. Поскольку пилоты плохо представляли себе процесс киносъёмок, требовалось некоторое время, чтобы объяснить им, что от них требуется. В это время правительство Филиппин вело боевые действия против повстанцев, и нередко в тот момент, когда пилоты были обучены и можно было начинать съёмку, их отзывали для участия в этих боях. Затем военное командование присылало вертолёты снова, но в них были уже другие пилоты, которых нужно было обучать заново. Неоднократные попытки Копполы объяснить филиппинским генералам, что нужно присылать одних и тех же пилотов, не возымели успеха. В результате сцена вертолётной атаки на вьетнамскую деревню, которая занимает в фильме около 15 минут, снималась в течение нескольких месяцев.